Интервью

Юлия Целкова

#я _вяжу_север
или как влюбиться в тундру всей душой
Варежки Юлии Целковой разлетаются по всему миру. Их носят в Швейцарии, Германии, Франции, Бельгии, Дании, Китае, на Шпицбергене, их любят даже там, где тепло: в Таиланде, Турции, Кувейте, Ливане, Австралии. Они живут в гардеробе звезды Didier Marouani, композитора музыкальной группы Space, и даже в космосе — в багаже астронавта Николь Стотт! А недавно бельгийский бренд Tuinch заказал у Юлии вышивку партии свитеров, каждая модель создается вручную.
ЗА МЕЧТОЙ НА СЕВЕР

Юлия, я увидела ваши авторские варежки случайно в интернете и в этот же день написала вам влюбилась!

Фото с вашими варежками размещают хендмейдеры-мошенники в соцсетях как свой товар, это ли не признание! И я их понимаю: они уникальны и слишком хороши (смеюсь).
Как давно вы занимаетесь хендмейдом и как пришла идея с варежками #я_вяжу_север?


— Я с детства занимаюсь разным хендмейдом. Ушла с официальной работы семь лет назад. Мое дело кормит меня почти круглый год. Летом вдвоем с мужем занимаюсь дополнительно организацией водных походов в Карелии, на Кольском полуострове.

Я никогда не копирую других. Стараюсь все схемы и описания понять сама. Вышивка на варежках появилась у меня где-то в сентябре 2018 года, когда мы переехали из Беларуси на север. Мой муж родился в Гомеле, но его корни из Архангельской области, он там вырос и с детства мечтал вернуться на север. Когда сын подрос уже, то поступил в мореходку в Мурманске, и мы переехали. В благодарность за переезд север подарил мне вот такую идею с варежками. Отсюда я начала расти. На первых варежках были чукчи со снежками, я их назвала «Чукотка». Они по-прежнему самые любимые.

Где вы работали семь лет назад, до того как пришли к хендмейду как к бизнесу?

— Я работала технологом цеха печатных форм, по образованию я инженер-механик. Просто в какой-то момент не выдержала, поняла, что не могу и не хочу больше этим заниматься. Я долгое время искала себя в хендмейде, было много разных направлений. Так вышивка стала моим основным занятием.

Переезд дело нелегкое: нужно обустроиться, найти квартиру, работу. Была какая-то подушка безопасности на первое время?

— Самым трудным было решиться на переезд во взрослом уже возрасте. Были только небольшие сбережения на первое время, но это не финансовая подушка на полгода или на три месяца, нет. Первым уехал муж, он сразу начал работать инструктором, чуть позже приехала я.
МОНОЛОГ С ВАРЕЖКАМИ

С какими основными трудностями сталкивались в самом начале бизнеса?

— Когда я только начинала свои первые шаги в хендмейде, было сложно, информации необходимой мало. Я ездила по выставкам, наблюдала за людьми и пыталась делать что-то как они. Это не продавалось, и я все отдавала на благотворительность. Только то, что я придумывала и разрабатывала сама, имело смысл и коммерческий успех.

Северные варежки рождались с внутренним монологом. Я спрашивала себя: что здесь, на севере, можно такое придумать? Надо что-то теплое. Например, можно варежки. А что на варежках вышить? Ну, вот что можно… Север, север… Надо чукчей вышивать! Хорошо, чукчей вышила. А что-то они же должны делать? Хороводы водить? Думала-думала: ой, в снежки же играть они должны! Как-то так и родилась идея. А потом уже появились экземпляры с белой медведицей, позже — с северным сиянием, а потом уже люди стали обращаться и заказывать персональную вышивку с северной темой. В детстве я рисовала, и это помогает разрабатывать авторские схемы. Особого труда сделать что-то новенькое не составляет.

Какие трудности есть в самом процессе вышивания?

— Это полностью ручная работа. Трудно вышивать на шапках. Шапку на что-то же надо надеть, найти какую-то болванку — на пяльцы я не могу надеть обычную вышивку: это трикотаж, и он просто промнется, растянется и деформируется. Нужно приспосабливаться и искать какие-то хитрые аккуратные подложки.

Сложно вышивать на мягких тканях. Вот я себе свитер вышила, он достаточно жесткий, хорошо держит форму, на нем удобно вышивать. А, например, девушка из Бельгии сделала заказ и прислала очень мягкий мериносовый свитер. Вот на нем было очень сложно вышивать, он во все стороны гуляет. Но у меня такой принцип: если я взялась за что-то, значит я это сделаю. Поэтому берусь и делаю, как бы сложно это ни было.
ЕДИНЫЙ ОРГАНИЗМ

Кто вам помогает в работе? Или вы до сих пор все делаете сама?

— Работаю я дома. Я делегировала вязание самой основы маме и еще одной женщине в Мурманске. Последние два года мы работаем вдвоем с мужем, он делает фон, я — основной рисунок. Пока справляемся. Мы давно живем одним организмом. Он мне дарит очень много идей, а также является самым придирчивым критиком, я всегда показываю ему то, что сделала. Показываю, муж говорит, что нужно исправить, я переделываю. Он вообще очень разносторонняя и богатая на занятия личность: на гитаре играет, организует группы на летние сплавы, занимается экстремальными видами спорта.

Также спасает то, что муж и сын не сильно привередливы в еде, я могу пельмени сварить и все. Раньше бывали смешные случаи, когда муж еще не работал со мной, приходил с основной работы, а я: «Ой-ой-ой, ты уже пришел, а у меня еще ничего не готово, даже пельмени не сварены, зато посмотри, какую обезьянку я сегодня связала!» Он говорит с улыбкой: «Ну, согласись, мало кто из мужчин будет доволен, если ему вместо еды свяжут обезьянку в конце рабочего дня». Но когда стали вместе работать, и я стала внимательнее, и муж радуется вместе со мной успехам в вышивке.

Есть еще один нюанс, связанный с работой без делегирования: я сама веду Инстаграм. И в последнее время муж жалуется, что я постоянно в социальной сети. Я сама это понимаю, но не могу не ответить. Он тоже это понимает, естественно, но просит меня обращать все же на это внимание и переключаться.

Ранее был у меня опыт с другими мастерами по хендмейду. Например, пришел заказ для презентации мультфильма. Мне необходимо было сделать за 27 дней 130 вязаных игрушек размером около 30 см. Вязали эти игрушки мастера, я нанимала их по всей Беларуси. Присылали вязаные заготовки, каждую я сама собирала и отправляла. Но одно дело — связать (вяжут многие), другое дело — вышить. Здесь должно быть какое-то чутье, чувство прекрасного, которое совпадает с моим. А пока такого человека, с которым бы все совпадало, кроме моего мужа, нет. И если вязальщицу найти не проблема, то вышивальщицу уже трудно.

Как вы проводите свое свободное время?

— Я очень много работаю. Очень много и очень быстро. Для меня просто посидеть или кино посмотреть без работы — это не про меня, такого не бывает. Мой отдых — это поход в сопки, катание на лыжах. Тяжелее всего мне дается отдых (улыбается). Не умею я отдыхать, мне надо все время что-то делать.
ГЛАВНОЕ УНИКАЛЬНОСТЬ

Как вы продвигаете себя, рекламируете?

— Сейчас никак. Инстаграм, который я веду три года, приносит мне без продвижения и рекламы новых клиентов. Дело в том, что группы без рекламы сами очень активно размещают мои работы. Мне важно не продвижение, а количество заказов. Список заказов постоянно растет, и он довольно большой. Я успеваю сдать одни варежки, а мне еще три пары заказывают. И я уже лишний раз подумаю: стоит ли размещать рекламу в какой-нибудь группе по хендмейду, потому что при публикации в ленту количество заказов возрастает в разы. Пока предпочитаю работать по тем заказам, которые поступают, чтобы успевать все делать. В неделю я отправляю в среднем пять посылок.

Зарабатываете параллельно на мастер-классах?

— Нет. Можно продавать классы и плодить клонов. Я хочу остаться уникальной. Мне не важны деньги любой ценой. Мои работы узнаваемы, люди часто пишут в сообщениях, что «ваши работы даже не надо подписывать, мы знаем, что это сделала Юля».

Что больше всего любите в своей работе?

— Мне нравится контакт с разной пряжей, с цветом. Мне очень важно, чтобы я была довольна. Очень нравится обратная связь от клиентов, когда человек получает посылку и почти всегда говорит, что варежки выглядят еще лучше, чем на картинке. Часто в мире хендмейда бывает наоборот: на фото красиво, в реальности так себе.
ЛЮБИМЫЕ ОТТЕНКИ СЕВЕРА

Вы с такой любовью рассказываете о Севере через ваше творчество. Вы действительно так любите город, в котором живете?


— В Мурманске очень добрые люди. Особенность города в том, что в большинстве своем это город приезжих людей, они сами бывали в ситуации переехавшего человека, знают это и стремятся помочь. Вот я всем своим клиентам через творчество и рассказываю, что я очень рада, что переехала именно в такой город.

Погода в течение года состоит из долгой приятной зимы, здесь очень короткая осень и мгновенное лето. Было как-то раз −39°С, но буквально полдня и очень быстро закончилось. А вот позапрошлое лето было очень жарким: +30…+45°С, тундра горела. Люди хотели купить кондиционеры, вентиляторы, а их просто не было в продаже — и все, потому что в Мурманск их не везут. Это был тот еще климатический ад. Я выходила на улицу, и меня раздражало вообще все. Это очень тяжело. Когда летом мы занимались водными походами, то вокруг все речки-пороги пересохшие, одни камни, вода как парное молоко, ты ныряешь, чтобы охладиться, а тебя это вообще не спасает. Так что мы всей семьей любим прохладный климат и серость неба. Просто в какой-то момент пришло понимание, что ощущение холода можно отключить и наслаждаться тем, что красиво.

Люди мечтают переехать поближе к солнцу и морю, а вы и здесь уникальны: любите север и пропагандируете его.

— Я люблю эту долгую зиму и не люблю жару. Зимой мы с мужем надеваем снегоступы, едем к какой-нибудь сопке, обуваемся, идем на верхушку…

Мне очень нравится тундра. Здесь нет пальм, которые нравятся практически всем, здесь все достаточно скупо, но при этой скупости меня поражает миллион оттенков серого. Просто смотришь — и там вот это небо, которое везде, оно над головой, оно перед глазами, со всех сторон небо, и оно нереально красивое. Оно таких серых оттенков. Я люблю солнышко, но когда вот эта серость опускается, мне нравится еще больше. Все вокруг становится монохромным. Это просто удивительно. Когда делаешь фотографию, и кажется, что она черно-белая. Нравится тундра, тайга, вот этот дух севера. На юге нет такого духа. Север он какой-то живой.

Вы сказали, что работаете летом инструкторами по рафтингу?

— Да, по бурным рекам. В Карелии, на Кольском полуострове. Инструктор нужен, чтобы рассказать, что сюда можно, а вот сюда пока нельзя, чтобы разглядеть подходящий тип сплава для вашего уровня. Я, вообще, сама не особо спортивный человек и совсем не экстремал. Больше скажу: человек постоянно перестраховывающийся и боязливый. Муж меня втянул в сплавы. Пришлось, как жене декабриста, изучать эту тему (улыбается). Сплавы помогают работать с чувством уверенности в себе. Я прохожу порог и знаю, что справлюсь, что все будет хорошо, но я боюсь. Даже больше не за себя, а за людей. Просто в какой-то момент пришлось перенастраиваться, говорить себе: «Ты сто раз здесь ходила, даже если что-то пойдет не так, ты же всегда ориентируешься в таких ситуациях, ты делаешь то-то и то-то». Техника безопасности обязательна: все должны быть в жилетах, застегнуты, в касках. Пришлось прорабатывать свои страхи.
УЗОРЫ ДЛЯ ТВОРЧЕСТВА

Юлия, что пожелаете своим читателям и будущим покупателям?


— Искать вдохновение в первую очередь. У меня оно в севере, у кого-то на юге, в горах. Это не важно. Найдите свой источник вдохновения, который заставит взглянуть на свое творчество по-новому.

Второе: не бояться и очень много работать. Не факт, что все сразу получится. Самоуверенность, пожалуй, будет даже мешать, чем помогать. Нужна трезвая оценка и адекватность, много сил и времени для работы.

Организовать себя правильно — третий важный пункт.

Слушать советы, слышать и пробовать.

Вообще, очень приятно, что хендмейд сейчас на каком-то другом уровне, что мастера в цене, поэтому давайте будем работать и приносить себе и другим радость.

Страничка Юлии Целковой в Facebook здесь

Аккаунт Юлии в Instagram @juliatselkova

Сайт NordWind nordwindtur.ru

Интервью подготовила и провела Анастасия Лембери
Редактор Светлана Кравцова

Я хочу заказать интервью
у Анастасии Лембери
Делая заказ, вы соглашаетесь с условиями обработки Ваших персональных данных. Публичная оферта
Кто такая Настя Лембери?
журналист,
предприниматель,
творческий человек
Made on
Tilda