Юлия Ивашкина
Ментор и психолог о том, почему в кризисе первым ломается не бизнес, а человек

Интервью провела Анастасия Лембери
журналист, продюсер, основатель проекта "Студия Лембери"
Телеграм @Anastasia_Lembery

Интервью провела

Анастасия Лембери

журналист, продюсер,

основатель проекта

"Студия Лембери"

Телеграм @Anastasia_Lembery

Юлия Ивашкина — ментор и психолог, которая сегодня работает не столько с бизнесом, сколько с человеком. Она сама много лет была в управлении и предпринимательстве, знает, что такое отвечать за деньги, людей и результат. Поэтому, когда к ней приходят с запросом «у меня проблема с бизнесом», она сначала смотрит на ситуацию целиком: что происходит с самим человеком. Её подход — не давать универсальных советов и не решать жизнь за клиента, а помочь ему увидеть свой ответ. Мы поговорили с Юлией о том, как отличить усталость от роста, почему знания не меняют жизнь без действий и с чего начинается путь обратно к себе.
— Юлия, Вы работаете и как ментор, и как психолог. Когда к Вам приходит предприниматель или руководитель с запросом про бизнес, как Вы определяете, где заканчиваются процессы и начинается «голова» — то есть сам человек с его состоянием, страхами и жизненным контекстом?
— Смотрите, я вообще сейчас не очень разделяю человека на бизнес и всё остальное. Потому что за каждым бизнесом стоит реальный живой человек. И он приходит в бизнес не отдельно от своей жизни. У него есть семья, жена или муж, дети. У него есть страхи, потери, утраты, сомнения, усталость. И если у человека что-то происходит в жизни, он не может утром оставить это за дверью офиса и прийти совершенно другим человеком. Поэтому сегодня я уже не столько про бизнес. Я про человека. Просто бизнес мне очень понятен изнутри. Я сама много лет была в управлении и предпринимательстве, знаю, что такое отвечать за деньги, за людей, за результат. Поэтому я хорошо понимаю тех, кто приходит ко мне из бизнеса. Но иногда человек говорит: «У меня проблема с бизнесом», а начинаешь разговаривать — и понимаешь, что дело совсем не в бизнесе. А иногда наоборот — человеку действительно нужно просто навести порядок в процессах. Поэтому я сначала смотрю на человека и на его ситуацию целиком.
— Предприниматели часто говорят: «Я вырос из своего бизнеса». Как Вам кажется, по каким признакам можно отличить настоящий рост от банальной усталости, и что важно проверить, прежде чем ставить своему делу такой «диагноз»?
— Мне кажется, здесь важно не торопиться ставить диагноз своему бизнесу. Потому что иногда мы говорим: «Я выросла из этого», а на самом деле мы просто очень устали. Но бывает и по-другому. Когда ты понимаешь, что жизнь изменилась, ты изменился, а продолжаешь жить в старой роли. И тогда возникает ощущение: всё вроде нормально, всё работает, а тебе внутри уже тесно. Я бы в этот момент вообще спросила человека не только про бизнес: а что происходит с тобой? Ты вообще сейчас чего хочешь? Как ты живёшь? Что тебе интересно? Потому что иногда человек действительно вырос из бизнеса. А иногда он вырос из того образа жизни, который вёл много лет. И это уже совсем другой разговор.
“
Очень часто первым ломается человек. А уже потом мы видим последствия в бизнесе, деньгах, отношениях, команде.
— Когда бизнес или руководитель входит в кризис, что, по Вашим наблюдениям, ломается первым — процессы, команда, деньги или сам человек? И почему так важно смотреть на это в такой последовательности?
— Очень часто первым ломается человек. А уже потом мы видим последствия в бизнесе, деньгах, отношениях, команде. Когда человек долго живёт в напряжении, в тревоге, в постоянной ответственности, он в какой-то момент просто перестаёт нормально видеть ситуацию. И здесь не всегда вопрос в том, что он слабый. Иногда человек просто слишком долго был сильным. Слишком долго тащил. Слишком долго решал всё сам. Поэтому, когда ко мне приходит человек в кризисе, мне важно сначала понять, что с ним происходит. Не только сколько он потерял денег. А что происходит с ним самим. Потому что из состояния паники очень сложно принимать хорошие решения.
— Запрос «я хочу больше денег» звучит как чисто финансовая задача. Но Вы часто за ним видите совсем другое. Что обычно стоит за этим запросом и почему Вы не спешите сводить работу только к деньгам?
— Я всегда спрашиваю: а зачем вам больше денег? Потому что за этой фразой может стоять всё что угодно. Безопасность. Свобода. Страх. Желание наконец-то почувствовать, что ты чего-то стоишь. И иногда человек много зарабатывает, но всё равно не чувствует себя в безопасности. Поэтому я не свожу всё к деньгам. Конечно, если человеку нужны конкретные бизнес-решения, мы можем говорить и о них. Я бизнес понимаю и знаю изнутри. Но мне всегда интереснее понять: что на самом деле человек пытается получить через эти деньги? Потому что иногда ответ оказывается совсем не там, где человек его искал.
— Вы говорите, что сегодня многие люди из бизнеса устали жить в неопределённости. Чего на самом деле они боятся больше всего, когда говорят о страхе потерять деньги или бизнес?
— Мне кажется, сегодня многие устали жить в постоянной неопределённости. И предприниматели, и руководители, и вообще люди. Мы привыкли к тому, что нужно всё время адаптироваться. Что-то меняется — надо быстро перестраиваться. Появляется новая проблема — надо решать. Но человек не может бесконечно жить в режиме постоянной мобилизации. И я вижу, что сейчас многие задают себе очень важный вопрос: а я вообще так дальше хочу? Не только в бизнесе. Вообще в жизни. И иногда за страхом потерять деньги стоит гораздо более глубокий страх — потерять привычную жизнь, себя, ощущение будущего.
— Сегодня огромное количество информации о том, как строить бизнес, отношения и заботиться о себе. Но люди часто остаются на месте. Как Вы объясняете этот разрыв между знанием и действием и что в такой ситуации важнее дать человеку — новую инструкцию или что-то другое?
— Потому что знаний действительно стало очень много. Но знание само по себе ничего не меняет. Можно знать, как строить отношения. Как зарабатывать деньги. Как заботиться о себе. Как выходить из кризиса. И при этом ничего не делать. Потому что между «я знаю» и «я делаю» стоит сам человек. Его страх. Его опыт. Его привычки. Иногда его усталость. И вот здесь, мне кажется, важнее не дать человеку ещё одну инструкцию. А помочь ему понять: почему ты не делаешь то, что уже давно знаешь?
— Когда человек теряет опору — в бизнесе, в жизни, в себе, — первое, что хочется сделать, это срочно что-то исправлять. Почему Вы советуете сначала не торопиться с решениями и что значит «найти опору» в Вашем понимании?
— Сначала я бы вообще не торопилась что-то исправлять. Потому что мы очень часто, когда нам плохо, сразу начинаем искать решение. Надо срочно что-то делать. Менять работу. Закрывать бизнес. Уходить из отношений. Или, наоборот, ещё сильнее собираться и бежать. А иногда сначала нужно просто остановиться и честно посмотреть: что со мной происходит? Где я сейчас? На что я вообще могу опереться? И только потом думать, что делать дальше. Для меня опора — это не состояние, когда тебе никогда не страшно. Это когда тебе может быть страшно, трудно, непонятно — но ты всё равно не теряешь себя.
“
Иногда человеку нужно пространство, где он сможет услышать самого себя. Человек часто приходит уже с готовым ответом внутри. Просто он его не слышит за шумом, страхом, чужими ожиданиями.
— Вы работаете в двух ролях — ментора и психолога. Как Вы в моменте понимаете, что человеку сейчас нужен именно Ваш опыт и совет, а когда — пространство, где он должен услышать себя сам? И где проходит эта граница?
— У меня нет такого, что сегодня я надеваю одну шляпу, а завтра другую. Я смотрю на человека и на его запрос. Иногда ему действительно нужен мой опыт. И тогда я могу сказать: «Смотрите, я бы здесь посмотрела вот сюда». Иногда ему вообще не нужен мой совет. Ему нужно пространство, где он сможет услышать самого себя. Потому что человек часто приходит уже с готовым ответом внутри. Просто он его не слышит за шумом, страхом, чужими ожиданиями. И вот здесь для меня важна именно моя задача — не решить жизнь за человека. А помочь ему увидеть себя и свою ситуацию яснее. Бизнес мне понятен. Управление мне понятно. Но сегодня для меня в центре всё-таки человек.
— Тема спасательства часто всплывает в работе с руководителями и предпринимателями. Как Вы помогаете человеку увидеть, что за желанием спасать всех стоит что-то очень личное, и почему иногда самое сложное — позволить другому прожить свою жизнь?
— Спасательство — это вообще интересная история. Мы иногда настолько заняты спасением других людей, что перестаём замечать, что происходит с нами. Спасаем сотрудников. Партнёров. Родственников. Детей. И очень часто говорим: «Ну как я могу его оставить?» А я бы спросила: а почему вы всё время должны кого-то спасать? И вот здесь иногда открывается очень много важного. Потому что спасательство часто не столько про другого человека. Оно про нас. Про нашу вину. Про невозможность сказать «нет». Про страх быть плохим. И, конечно, иногда самое сложное — это не спасти человека, а позволить ему самому прожить свою жизнь.
— Вы работаете с людьми в кризисе и сами говорите, что специалист не обязан быть человеком, у которого всё идеально. А что происходит с Вами в сложные периоды? Как Вы справляетесь и почему для Вас важно говорить об этом открыто?
— Я живой человек. И у меня тоже бывают сложные периоды. И, наверное, именно поэтому мне очень понятно, что чувствует человек, когда у него что-то рушится. Я не считаю, что специалист должен быть человеком, у которого всё идеально. Мне кажется, наоборот, важно понимать, что ты тоже можешь не справляться. И тогда можно обратиться за помощью. Потому что мы очень часто считаем, что сильный человек должен всё решить сам. Я с этим не согласна. Сильный человек — это не тот, кто никогда не падает. И не тот, кто всё время тащит всё один. Иногда сила — это признать: мне сейчас нужна помощь.
— В Вашей работе нет универсальных советов и готовых рецептов. Почему Вы принципиально отказываетесь от «правильных ответов» и что даёте человеку вместо них?
— Потому что я не верю в универсальные рецепты. Мы очень разные. У нас разный опыт, разные жизни, разные возможности. То, что для одного человека будет правильным решением, для другого может быть ошибкой. Поэтому я не хочу давать человеку инструкцию, как ему жить. Мне гораздо интереснее помочь ему самому увидеть свой ответ. Иногда это не быстрый путь. Но зато это его путь. И, наверное, для меня это важнее, чем дать красивый совет, который хорошо звучит, но ничего не меняет.
— Слово «опора» стало одним из ключевых в Вашей практике. Почему именно сейчас оно так точно отражает состояние многих людей, и что для Вас значит внутренняя опора, в отличие от внешней?
— Слово «опора» сейчас действительно очень точно отражает то, что я вижу вокруг. Многие люди потеряли ощущение устойчивости. Вроде внешне всё нормально. Работаешь. Живёшь. Что-то делаешь. А внутри нет ощущения: я понимаю, что со мной происходит и куда я иду. И человек начинает искать опору во внешнем. В деньгах. В отношениях. В работе. В другом человеке. Но внешнее может меняться. Поэтому для меня сейчас очень важна внутренняя опора. Не в смысле: «Я всё могу, я железная». Нет. А в смысле: даже если в моей жизни сейчас что-то меняется, я остаюсь рядом с собой.
— Представьте конкретную ситуацию: у предпринимателя упала выручка на 30%. С чего Вы начинаете разговор, какие вопросы задаёте в первую очередь и почему именно в такой последовательности?
— Первое — что произошло на самом деле? Потому что, когда мы в стрессе, нам кажется, что всё уже рухнуло. Поэтому сначала факты. Второй вопрос: что из происходящего сейчас действительно находится в вашей зоне влияния? И третий, наверное, самый важный: что происходит с вами? Потому что можно идеально проанализировать ситуацию, но если человек находится в таком состоянии, что не может принять решение, нам нужно сначала работать и с этим. И уже потом решать, что делать с выручкой.
— Сегодня очень популярны гайды, чек-листы и пошаговые инструкции на все случаи жизни. Может ли такой формат реально помочь человеку или бизнесу в кризисе, и если да, то при каких условиях?
— Сам по себе — нет. Ни один гайд не спасёт человека. Но иногда структура очень помогает. Когда внутри и снаружи хаос, человеку бывает важно увидеть: вот ситуация, вот то, на что я могу влиять, вот мой следующий шаг. Но я не верю, что можно решить жизненный кризис просто списком из двадцати пунктов. Человек — это не чек-лист. У каждого своя ситуация. Поэтому действия важны, конечно. Но важно ещё, из какого состояния ты эти действия совершаешь.
— Что бы Вы сказали человеку, который сейчас чувствует, что теряет почву под ногами, не понимает, куда двигаться дальше, и боится принимать решения?
— Я бы, наверное, не стала давать совет. Но я бы сказала одну вещь. Если вам сейчас кажется, что вы потеряли почву под ногами — не спешите принимать решение о всей своей жизни. Не надо прямо сейчас знать, что будет через пять лет. Не обязательно видеть всю дорогу. Иногда достаточно остановиться и увидеть следующий шаг. Спросить себя: что со мной сейчас происходит? Что мне действительно важно? На что я могу опереться? И куда я хочу сделать следующий шаг? И ещё очень важно — разрешить себе не справляться иногда. Не быть всё время сильным. Не делать вид, что всё нормально, если это не так. Потому что, на мой взгляд, путь обратно к себе как раз и начинается с честности.

Соцсети Юлии Ивашкиной:

TikTok: https:www.tiktok.com/@yulia_ivashkina_?_r=1&_t=ZN-9998QfvsGVK
Макс: https: max.ru/id772609787127_biz
Telegram: https: t.me/Prostranstvoresheniy
ВКонтакте:https: vk.ru/yulia.ivashkina